реальное айкидо - оружие против насилия
Главная Айкидо Реальное Айкидо Израильский Центр Реального Айкидо(ICRA) айкидо-видео
боевые искусства новости
боевые искусства статьи
айкидо фото
боевые искусства юмор
боевые искусства ссылки
контакты
боевые искуства desktop
бойцовский клуб
к н и г и

Традиции - 100 боев

ХЯКУНИН-КУМИТЭ

Ч то такое "хякунин-кумитэ"? "Хяку-нин" означает "100 человек", "кумитэ" - "бой". Таким образом, "хякунин-кумитэ" - это "бой с сотней противников", а точнее сто боев подряд до двух минут каждый с постоянно меняющимися противниками без перерывов для отдыха. Хякунин-кумитэ - это высший тест мастерства и силы духа.
В настоящее время, хякунин-кумитэ в качестве испытания используется только в каратэ Кёкусинкай. Такой тест в этой школе ввел ее основатель великий мастер Ояма Масутацу. Создавая Кёкусинкай, Ояма стремился разработать такую систему, которая бы позволила человеку подняться над самим собой, превратить тело и дух в сталь, выйти за пределы возможного и таким образом познать "высшую истину" (кёкусин) бытия. Одним из важнейших методов достижения прорыва (подготовленного многолетними тренировками по особой методике) в такое состояние и должно было быть хякунин-кумитэ.


В своих разработках в этой области Ояма Масутацу не был первопроходцем. Создателем теста, подобного хякунин-кумитэ, считается один из величайших мастеров фехтования мечом кэн-дзюцу, основатель школы Муто-рю Ямаока Тэссю (1836-1888).


Ямаока Тэссю был великим фехтовальщиком. Он является основателем стиля Хокусин Итто-рю. Считается, что этот человек выдержал 100 последовательных поединков, одержав победу над 100 различными соперниками с помощью синая (бамбукового меча, используемого в тренировках по кэндо).
Другим предшественником Масутацу Оямы был легендарный Масахико Кимура, проведший поединок с 200-ми противниками.


Масахико Кимура, возможно, наиболее известный дзюдока за всю историю этого вида спорта, был близким другом Масутацу Оямы. Ояма говорил, что Кимура был единственным человеком из тех, кого он знал, кто тренировался так же жёстко или даже ещё жёстче, чем сам Ояма! Рекорд Кимуры в японском рейтинге по дзюдо (который принадлежал ему в течение 12 лет, включая период II Мировой войны, во время которой чемпионаты не проводились) был побит лишь только Ясухиро Ямаси-той, носившим титул чемпиона в течение 9 лет подряд. В мире японского дзюдо существует пословица, которая гласит: "До Кимуры, - не было Кимуры. После Кимуры, - не будет Кимуры".


Несмотря на то, что автор сихан Кэмерон Куин не смог подтвердить данные сведения, говорится, что Кимура выполнил 100 бросков в поединках против 200 обладателей чёрных поясов, которые длились два дня подряд, неизменно одерживая победу.


Масутацу ОЯМА - кумитэ против 100 (300-?) человек

Основываясь именно на этих примерах, Масутацу Ояма решил подвергнуть испытанию свои собственные способности. В определении количества боев, проведенных Оямой, есть расхождения. Считается, что он провел 300 поединков за 3 дня. Однако, один из первых учеников Оямы Стив Арнейл, говорит, что ему ничего неизвестно о поединке с 300-ми противниками. В то же время, поединок Оямы со 100 противниками не подвергается сомнению.


Считается, что из учеников своего додзё Ояма отобрал сильнейших, каждому из которых предлагалось выступить в последовательных поединках против него, и так до завершения полного круга. Затем поединки начинались вновь, и должны были продолжаться до той поры, пока не будут выполнены все бои. Каждый ученик должен был выступить против Оямы несколько раз, хотя некоторых из них его сильнейшие удары выводили из строя в первый же день состязания. Легенда о проведенных трехстах боях гласит, что Ояма был готов и к четвёртому дню, но никто больше не горел желанием или просто не был в состоянии продолжать состязание. Эти события произошли вскоре после завершения знаменитой тренировки в горах.


Кумитэ против 100 человек

Дав тем самым остальным пример, Масутацу Ояма начал вводить кумитэ против 100 человек в качестве обязательного условия для получения IV и V Дана. Однако вскоре он обнаружил, что далеко не каждый претендент морально готов к этому испытанию, несмотря на то, что в физическом аспекте его можно подготовить достаточно "легко". Неукротимая воля к победе, мужество, решительность - все те качества, что лежат в основе "Духа Осу", - присутствуют далеко не у каждого. Таким образом, кумитэ против 100 человек стало добровольным испытанием для людей с соответствующим складом характера.


Вначале, если того желал претендент, бои могли продолжаться в течение двух дней, но после 1967 года Масутацу Ояма принял решение сократить время испытания до одного дня. В дополнение к основному требованию выдержать 100 поединков претенденту требовалось одержать чистую победу в, по крайней мере, 50% боёв, а в случае нокдауна суметь подняться на ноги не более чем за 5 секунд.


В Австралии и, возможно где-либо ещё, кумитэ с 50 противниками является минимальным испытанием из всех возможных.

В Великобритании и в других странах, находящихся под эгидой Ханси Стива Арнейла, ученик, будь то он или она, может выбрать испытание из любого количества боёв - к примеру, из 10, 20, 30, 40, 50 и т.д. - и получить соответствующий сертификат. Смысл в том, что не каждый в состоянии достичь максимальной отметки Кёкусинкай в 100 боёв, но персональный результат также имеет большое значение. Кроме того, даже 10 последовательных нокдаун-боёв можно приравнять к получасовому напряжённому поединку.


В России поединки со 100 противниками не проводились ни разу. В августе 1997 года в присутствии Стива Арнейла ульяновец Андрей Ануфриев попытался пройти тест 30 поединков. Но на 12 бою получил перелом руки. В июне 1998 года, опять-таки в присутствии Стива Арнейла, Андрей повторно пытался пройти этот тест, но тест был прекращен на 22 бою, опять из-за травмы руки. Там же, вслед за Андреем москвич Артур Оганесян попытался также пройти тест 30 боев, но схватки были прекращены на 27 бою из-за травм локтей Артура и невозможности продолжать поединки. Отметим, что эти тесты проводились при запрещении ударов лоу-кик по ногам бойца, проходящего тест. Возможно, это и послужило причиной травм рук бойцов.


Кто что сделал? Кумитэ против 100 соперников

Кроме Масутацу Оямы с его эффектным трёхдневным кумитэ несколько других людей испытали свои силы и выдержали 100 поединков, но их не так уж много. В нижеприведенном списке вы сможете прочесть имена этих удивительных людей. Примечательно то, что большинство из них продолжают активно заниматься каратэ, достигнув высоких мастерских степеней. Некоторые из них даже стали основателями своих собственных стилей каратэ, которые, конечно же, являются производными стиля Кёкусинкай.
Первоначально у претендентов была возможность пройти испытание за два дня, по 50 боёв в день, но позже один день стал обязательным правилом.


Стив АРНЕЙЛ (Великобритания, 21 мая 1965 года)

Стив Арнейл из Великобритании (на данный момент обладатель VIII Дана) стал первым человеком, который выдержал испытание, пройдя его за один день. На сегодняшний день он является главой Международной Федерации Каратэ (IFK), штаб-квартира которой расположена в Великобритании и действует совершенно обособленно от японского Хонбу.


Есть две версии прохождения Арнейлом хякунин-кумитэ. Согласно данным известного бойца Кёкусинкай Мишеля Бебеля, Арнейл проводил по 50 боев 2 дня подряд. Однако Лайэм Кивени, редактор английского журнала "Kyokushin Magazine" и близкий друг Арнейла, утверждает, что тест проходил в один день.
Стив Арнейл провел в додзё Оямы Масутацу уже четыре года, когда к нему неожиданно подошел учитель и произнес слова, в которые молодой англичанин едва заставил себя поверить: "Ты хочешь попробовать пройти хякунин-кумитэ"?


Шел 1965 г. К тому времени Арнейл имел 2-й дан. За годы, проведенные в Японии, ему уже доводилось быть свидетелем попыток бойцов простоять сто боев подряд, но ни один из них успеха не добился. И теперь настал его черед ... Учитель Ояме стоял и смотрел на него в ожидании ответа, а у Арнейда в голове мысли носилась вихрем. Он одновременно ощущал и гордость, И радость за доверие наставника, и страх, и неуверенность в своих силах. Он не мог сказать "нет" учителю, который столько ему дал и который этим вопросом выказал свою веру в его стойкость и отвагу. И Арнейл сказал: "Да"!


Ояма сказал Арнейлу,. что ой уверен в его силах. Он ни словом не обмолвился о дате проведения тестам лишь заверил ученика, что у него будет достаточно: времени,, чтобы подготовиться, физически и ментально, .к этому сверхтрудному испытанию. Еде Ояма посоветовал Стиву целиком сконцентрироваться На задаче победить в хякунин-кумитэ, отказаться от всех развлечений и избегай всего отвлекающего: не посещать кинотеатры и клубы, не употреблять алкоголь и т.д. Мастер сказал ему: "Ты должен жить в чистоте", - подразумевая необходимость очистить сознание от всего мирского и с головой уйти в подготовку к тесту.


На следующий день жизнь молодого каратиста резко изменилась. Хотя; ив протяжении уже нескольких дет- Арнейл упорно тренировался изо дня в день, лишь теперь каратэ вышло в его жизни на первое место. А это было очень непросто. Пришлось отказаться от многих привычек, забросить дела, установить суровый режим... Добавим, что незадолго до этого Стив женился на молодой японке Цуюко и не знал, как жена отнесется к его намерению сразиться в ста боях, зная, что это чревато серьезным подрывом здоровья, а то и гибелью. Арнейлу повезло: Цуюко прекрасно поняла ситуацию и решилась взять все заботы на себя, став главным помощником бойца.

Каждый день Стив поднимался на заре и выходил на пробежку по пустынным улицам Токио. Он каждый раз засекал время преодоления дистанции и каждый раз пытался побить рекорд предыдущего дня. Иногда это удавалось, и Арнейл ощущал прилив сил, иногда нет, и тогда разочарование и уныние охватывали его. После пробежки Стив выполнл различные упражнения на растяжку, а затем отправлялся в додзе, где проводил целый день. В его тренировки входили работа с тяжелым мешком, прыжки через скакалку. отработка техники и вольный бой. Большое внимание Стив уделял тренировке с тяжестями, чтобы силой компенсировать свой малый рост. Для этого Стив ходил в крупнейший гимнастический зал Карукуэн, лучший в то время в Токио. Отзанимавшись вместе с обычными каратистами целый день, Арнейл уходил из зала последний, так как его "настоящие" тренировки начинались после окончания общих. Именно в это время Ояма занимался лично с ним. основной упор при этом делался на достижении максимальной силы кдара и совершенствовании технико-тактического мастерства.
Арнейл чувствовал, что время экзамена близится. Ояма все чаще спрашивал его о самочувтсвии и травмах, но не давал никаких намеков на дату испытания. Рано утром 21 мая 1965 г. Стив, как обычно, отправился из дома в район Икэбукуро, где находилось додзё Оямы Масутацу. Когда он вошел в раздевалку, его сразу насторожила необычная атмосфера, царившая в этот день. Обычно в это время в раздевалке было полно народа, царил веселый гомон, а теперь она была совершенно пуста. Арнейл надел каратэги и прошел в тренировочный зал. Было около 10 часов...


... Зал был до отказа набит каратистами с черными и коричневыми поясами. У дверей Стива встречали сам Ояма и его ближайший в то время помощник Куросаки Кэндзи (Такэто-ки). Ояма сказал: "Додзо (Пожалуйста)"! - и кивком пригласил его войти. После этого Ар-нейлу сообщили, что, наконец, настал день его испытания. Каратисты обменялись приветственными поклонами, Стив вышел на центр зала, а его товарищи расселись по периметру. Ояма еще раз объяснил правила хякунин-кумитэ: попытка будет признана успешной, если претендент выиграет большинство боев, причем значительную часть их "чистой победой" (иппон); он не имеет права только защищаться и принимать удары на корпус, но обязательно должен атаковать; боец не должен быть в нокдауне более 5 секунд, иначе ему засчитают чистый проигрыш и попытка будет признана неудачной, даже если это произойдет в последнем бою; разрешаются удары по ногам, включая удары по суставам, корпусу, а также ладонью по лицу. Ояма добавил, что он будет внимательно наблюдать" за действиями Стива и, если сочтет, что тот не отвечает необходимым требованиям, то немедленно прервет испытание вне зависимости от числа проведенных боев. После этого один из учеников ударил в барабан, возвестив о начале первой схватки...
Стратегия Арнейла была проста: он стремился заканчивать бои как можно быстрее, чтобы сберечь силы для продолжения, и старался нокаутировать противников. Те, в свою очередь, этому отнюдь не потворствовали - кому же хочется получить ногой по башке?! Поэтому дрались они жестоко, агрессивно, выкладывались полностью, и Арнейлу, несмотря на его блестящую форму и технику, приходилось несладко.


Время для него остановилось. Не имея понятия, сколько боев он уже провел, он просто защищался и бил, бил, бил... Впоследствии Арнейл вспоминал, что он так и не смог никого нокаутировать, но нокдаунов было немало. Сам Стив побывал в нокдауне несколько раз, но всегда поднимался на ноги в пределах установленного времени. Он не помнит, чтобы ему было особенно больно, или чтобы ему требовалось приложить какие-то невероятные усилия для подъема с пола. Он никогда не чувствовал, что не сможет продолжать бой из-за полученной травмы или нехватки сил. Его мотивация была столь сильна, что даже в самые тяжелые моменты у него в голове не всплывала мысль сказать: "Маитта!" - "Сдаюсь!"


100 жесточайших боев слились в одну тягучую суровую битву, и сегодня Арнейл не может припомнить почти никаких подробностей отдельных схваток. Он рассказывает лишь, что труднее всего ему пришлось в боях с сильнейшими каратистами Кёкусинкай того времени Оямой Сигэру и Накамурой Тадаси (оба впоследствии успешно преодолели испытание в хякунин-кумитэ). Когда пришла очередь схватиться с ними, он уже очень вымотался, и все его тело ныло и стонало от бесчисленных ушибов и ссадин.


Увидев перед собой Ояму Сигару, Арнейл почувствовал, что завершение этого страшного "марафона" уже близко. Он рассказывал позже: "Сихан Ояма был и остается выдающимся бойцом... Он дрался чрезвычайно жестко и был настоящим джентльменом. Затем вышел сихан Накамура, он дрался безжалостно, атакуя меня жестокими ударами ногами и руками в лицо...". Когда команда "Ямэ!" прервала их бой, Ояма Масутацу поднялся со своего места, подошел к Арнейлу и просто сказал: "Ты сделал это". А Арнейл столь же просто ответил: "Да".
Хякунин-кумитэ оборвалось столь неожиданно, что эмоции мгновенно захлестнули каратиста, и он закричал что было сил. Счастье, что он сумел выйти победителем в высшем тесте Кёкусинкай, что он заслужил признание и уважение Учителя, переполняли его сердце.


Потом его чуть ли не под руки отвели в душевую, где он освежился и расслабился. В это время кто-то уже позвонил его жене Цуюко, которая не имела никакого понятия о том, что ее мужу в этот день предстояло испытание, и сообщил о его успехе. Вскоре она приехала в дод-зё. Потом был праздничный ужин, во время которого Ояма говорил о мужестве, самоотверженности и дисциплине подлинного подвижника каратэ. Он говорил, что мечтал о том, чтобы хоть кто-нибудь из его учеников смог пройти этим путем, и что Арнейл стал первым, кто смог воплотить его мечту в жизнь. Ояма выразил надежду, что и другие ученики Кёкусинкай найдут в себе силы, чтобы принять вызов хякунин-кумитэ и совершат прорыв к абсолютной истине каратэ. Арнейлу преподнесли скромный подарок - не только как приз за его личное достижение, но и как награду за то, что он сделал для Кёкусинкай и всего каратэ, дав замечательный образец для подражания остальным бойцам.
К этому времени победитель уже совсем лишился сил. Не было такого места на его теле, которое бы не ныло или не пронзалось болью. Каждое движение стало мучительным. Только через несколько недель после хякунин-кумитэ Арнейл смог окончательно оправиться от истощения и травм, полученных во время сражения, длившегося почти 3 часа! Позже Ояма Масута-цу говорил ему: "Хорошо, что у тебя были одни синяки, и ты ничего не сломал...".


В действительности во время одного из боев Стиву ударом основанием ладони сломали нос, о чем сам Арнейл рассказывал так: "Во время кумитэ со ста бойцами один из моих противников сумел сломать мне нос ударом сётэй. После окончания теста я поехал в госпиталь, чтобы выправить его, но анестезия оказалась мне не по карману. Поэтому японские доктора делали операцию без анестезии, и это было довольно болезненно". Видно, Ояма сломанный нос и за перелом-то не считал...


Тадаси НАКАМУРА (Япония, 15 октября 1965 года)

Сейчас известен как Кайтё Накамура, основатель Всемирной организации Сэйдо каратэ, штаб-квартира которой расположена в Нью-Йорке.


Сигеру ОЯМА (Япония, 17 сентября 1966 года)

Не имеет никакого отношения к Сосаю, является основателем своего собственного стиля - Всемирная организация Ояма каратэ, штаб-квартира которой расположена в Нью-Йорке.


Люк ХОЛЛАНДЕР (Голландия, 5 августа 1967 года)

Долгое время был председателем Европейской Организации Кёкусинкай.


Джон ДЖАРВИС (Новая Зеландия, 10 ноября 1967 года)

Вот, что рассказывает о хякунин-кумитэ новозеландец Джон Джарвис. Я помню очень немного об этом испытании. В последние недели до него я отбросил все мысли, кроме желания выступить успешно. Сам "бой с сотней противников", как мне по временам казалось, происходил где-то вокруг меня, но не со мной. Я помню удары тайко - барабана, объявлявшие о начале и окончании каждой схватки, отметки о каждом бое, делавшиеся на доске, и критические глаза канте. Первые 15 противников были черными поясами. Я открыл для себя, что при помощи системы более мягких круговых блоков, которой меня научил Ояма Сигэру, я смог избежать страшных синяков, которые довелось получить Люку Холлан-деру, и использовать себе на пользу ошибки моих противников, чтобы провести собственные приемы.


Я также воспользовался советом моего учителя по бою дзё (палка длиной ок. 120 см). Он напомнил мне о словах великого Миямото Мусаси: "Когда отправляешься в долгое путешествие, думай только о следующей остановке, а не обо всем пути. Когда сражаешься со многими противниками, поступай так же".
Один из черных поясов каждый раз, когда мы с ним дрались, доставлял мне массу неприятностей. Позже высказывали предположения, что в прошлом я, возможно, наносил ему слишком жесткие удавы. И очень большое значение имело сохранение толики энергии для каждого раза, когда придет его очередь. Под конец теста мой год тренировок по 6 часов в день 6 раз в неделю заплатил свои дивиденды в виде свежего взрыва энергии в тот момент, когда я уже был близок к истощению. Последние воспоминания касаются споров по поводу количества противников (позже выяснилось, что я дрался со 115 противниками) и чувства ликования, которое я испытал, когда меня бесчисленное число раз подкидывали в воздух.


Некоторые соображения по поводу кумитэ

Практически все, кто писал о хякунин-кумитэ, обращают внимание на то, что с 1973 по 1986 год ни один боец, включая 130-килограммового двукратного чемпиона мира Макото Накамуру, не смогли пройти этот тест. Мишель Ведель связывает это с введением в практику удара "лоу-кик". Джон Джарвис ссылается на тот факт, что первые последователи учились у выдающихся наставников. А Стив Арнейл объясняет этот пробел тем. что постепенно утрачивается дух самоотверженности. Впрочем, последующие успешные попытки опровергли все эти доводы.


Бойцы уже давно научились "держать" лоу-кики, даже если их наносят весьма и весьма подготовленные люди. Прекрасных тренеров в Кёкусинкай сейчас тоже хватает. Достаточно упомянуть токийского сэнсэя Хиросигэ, воспитавшего таких блестящих бойцов современности, обладающих оригинальными стилями ведения поединка, огромным техническим арсеналом и замечательной кондицией, как Мидори Кэндзи (победитель 5 чемпионата мира) и Яма-ки Кэндзи (победитель 6 чемпионата мира, организованного Мацуи Акиёси уже после смерти Оямы Масутацу, победитель в хякунин-кумитэ в марте 1995 г.), а также бразильцев сэнсэя Аде-мира да Косту (победитель в хякунин-кумитэ в 1987 г.) и его ученика Франсиско Филио (победитель в хякунин-кумитэ в 1995 г.). Ну а что касается духа и самоотверженности... Вряд ли можно согласиться с Арнейлом. Есть еще на Земле люди со стальной волей и пламенным сердцем!
Интересно, что некоторые бойцы в поисках поддержки в прохождении высшего испытания Кёкусинкай обращаются не к ультрасовременным методам физической тренировки, а к старым добрым рецептам, апробированным многие столетия назад. Например, Ямаки Кэндзи утверждает, что добиться успеха в тесте хякунин-кумитэ ему помогла дзэнская медитация в положении стоя рицудзэн (аналог "столбовой работы" в ушу). Вот, что он рассказывает о своем опыте "боя с сотней противников":

"К сожалению, рицудзэн я начал практиковать лишь в последнее время, после окончания Всеяпонского чемпионата 1995 г. До этого я занимался лишь тем, что сразу давало явный эффект в тренировках, например, работой с отягощениями или тренировками на тяжелом мешке. Однако мне очень хотелось, чтобы к 6 чемпионату мира (1996 г.) в моем каратэ не осталось никаких пробелов и недоделок.


Как раз перед хякунин-кумитэ я начал вводить в тренировки стоячую медитацию рицудзэн. Практика рицудзэн очень укрепляет ноги и поясницу, а когда у тебя крепкие ноги, то сильно возрастает мощь ударов руками и ногами. Сконцентрировавшись на тандэне и упорядочив вдохи и выдохи, надо постараться дышать медленно и равномерно. Если дыхание будет правильным, то у тебя родится взрывная сила.


Во время хякунин-кумитэ единственное, о чем я помнил все время, так это как бы не сбить дыхание и выстоять до конца. Скажу из опыта, что если дыхание отрегулировано, то можно обрести спокойствие и не потерять чувство собственной целостности.


Я думаю, что побеждает тот, кто до конца. поглощен лишь желанием победы. Самое важное - иметь настрой на абсолютную победу. Если струсишь, то обязательно проиграешь. То же и в разбивании: если будешь наносить удар, представляя, что разобьешь, то обязательно разобьешь. На соревнованиях нельзя позволить себе волноваться и думать, что проиграешь.


Когда я победил на 26-м Всеяпонском чемпио-1 нате, то все говорили, что я был как бы окружен энергетической аурой. На этот чемпионат я выходил с огромным желанием победить во что бы то ни стало и должен был сражаться с верой в самого себя. Именно настрой наиболее важен. Если есть боевой настрой, то, даже получив травму, победишь, ибо проигрыш действительно достоин сожаления.


Что касается Всеяпонского чемпионата 1995 г., то я вышел на него травмированным во время съемок фильма подвернул правую ногу, Оберегая ее, я вывихнул и левую, так что перед чемпионатом бегать не мог абсолютно. Поэтому вместо бега я сел на велосипед, однако общее состояние было не из лучших, поскольку травмированные ноги и запястья причиняли мне сильную боль. Когда я победил на 21-м Всеяпонском чемпионате, то в самой же первой схватке сломал ногу в подъеме. Наложив жесткий бандаж, я продолжил выступление, а в решающей схватке с мыслью "Сломается, ну и черт с ней!" наносил этой ногой удары, после каждого из которых боль пронзала все тело от пяток до макушки. Хотя запястья у меня также болели, но руками я бил, не задумываясь о последствиях. Говорили, что и на 21-м Чемпионате я буквально излучал жизненную энергию "ки". Хорошее самочувствие еще не гарантирует победы. Думаю, когда получаешь травму, то, наоборот, становишься более собранным. Наверное, я был страшен, как раненый лев.


Во время испытания хякунин-кумитэ мое самочувствие опять же не было удовлетворительным. Примерно за пару недель до этого я прошел предварительный тест в 50 непрерывных боев, во время которого потянул связку на правом колене. Даже слегка присесть, чтобы стать в стойку, и то было больно, и хотя в день хякунин-кумитэ я уже мог ходить нормально, когда пробовал бить ногой, то ее сразу же пронзала острая боль. Я вышел на хякунин-кумитэ, забинтовав колено, обе лодыжки и запястье, которое также было травмировано. Уже после 30-го противника, видимо, из-за мешающих нормальному кровообращению бинтов у меня начались судороги бицепса правого бедра. Во время перерыва мне сняли бинты и размассировали ногу, но потом судороги возобновились. Это продолжалось до самого конца, и у меня было такое чувство, будто я сражаюсь в заполненном водой бассейне.


Я собирался держаться до последнего. Болело везде: и руки, и ноги, и все органы внутри. Мне было все равно, что будет с руками и ногами. Я дрался с мыслью, что могу даже умереть на месте. Диагноз же, который мне поставили по окончании, был такой: острая почечная недостаточность в связи с многочисленными ударами по всему телу. И действительно, думаю, что в таком состоянии было бы совсем не удивительно, если б я умер, допусти хоть одну ошибку. Но испытание в 100 боев дало мне уверенность в себе: я почувствовал, что могу совершить все, что угодно, и в любых условиях".


Хякунин-кумитэ стало в Кёкусинкай вершиной, к которой, по идее, должен был бы стремиться каждый последователь школы. Появившиеся позднее смягченные варианты испытания (50 боев, 30 и т.д.) позволило гибко подойти к оценке индивидуальных возможностей каждого из учеников, но снизило ценность испытания как некоего абсолютного предела.

Copyright © 2005aikido-real.net
наши друзья